Ама — чувашская сказка-происхождение по мотивам традиционных верований. Чувашская сказка-происхождение о «Ама»: в чуваш. мифологии выступает праматерью всего сущего.
Сюжет
В том давно минувшем времени, когда небо ещё не отделилось от земли и мир был един, существовала Ама. Она была всем и ничем одновременно, необъятной и всеобъемлющей. Дыханием её был ветер, а сердце – это вечная тишина. Никто не знал, откуда взялась Ама, да и незачем было спрашивать — она просто была, как вечное утро, как неизменное течение реки, как дыхание самой жизни.
Жили тогда люди на земле, но не так, как сейчас. Они были частью Амы, словно капли утренней росы на огромном листе. У них не было ни горестей, ни радостей, ни забот, ни стремлений. Все жили в полном покое, слитые с великой праматерью, чувствуя её всем своим существом. Но чего-то не хватало. Люди жили, словно не жили, не познавая ни труда, ни любви, ни печали, ни восторга от первых солнечных лучей. Дни летели, как невидимые дуновения, и никто не задумывался о завтрашнем дне.
А рядом с Амой был Аçа. Он был силой, стремлением, движением. Аçа видел, что люди живут без искры, без огня в глазах, и это ему не нравилось. Он хотел, чтобы мир заиграл красками, чтобы люди познали, что такое радость от хорошего урожая, что такое боль потери, и как сладка радость нового дня.
Но Ама, будучи всем, была и бездействием. Она не могла разделить мир, не могла вдохнуть в него порывы и желания. Тогда Аçа, собрав всю свою силу, заговорил с Амой, но не голосом – помыслом.
— Великая Ама, — сказал он, — весь мир – это ты, но он нем и бездушен. Люди живут, но не живут. Я хочу, чтобы они познали себя, чтобы они почувствовали свою силу.
Ама молчала. Но Аçа не отступал. Он начал собирать в себе стихии, которые дремали в её необъятности. Он собирал огонь, что был жарким сердцем земли, воду, что текла в её недрах, камни, что были её костями, и даже само небо, что было её безмолвным взглядом.
И тогда Аçа начал подниматься, словно могучий дуб, который тянется к солнцу. Он шумел и грохотал, поднимаясь ввысь. Люди, приросшие к Аме, заволновались. Они почувствовали, как что-то меняется, как их мир начинает дрожать.
— Что происходит? — шептали они друг другу, хотя раньше не знали, что такое вопросы.
А Аçа всё поднимался. С ним от Амы отрывались небеса, унося с собой ветер, солнце и облака. Земля, прежде единая с небом, вздрогнула и отделилась. Это был великий Пĕлĕт (Тÿпе) Çĕртен уйрăлать — Небо отрывается от Земли.
Когда Аçа поднялся на высоту, далеко от Амы, мир разделился. Ама осталась на земле, необъятной и безмолвной, а Аçа, став небом, засиял над ней.
И тут люди почувствовали нечто новое. Они ощутили голод, которого раньше не знали, и прохладу ночного ветра, которого прежде не было. Они посмотрели на небо, которое теперь было далеко, и на землю, которая оставалась с ними.
Тогда Аçа, видя, что мир обрёл форму, опустил из себя ось мира. Она пронзила землю до самого сердца Амы, словно нить, связывающая небо и землю. А вокруг этой оси он поставил могучие столбы, поддерживающие небесный свод.
Но люди всё равно были растеряны. Они чувствовали себя потерянными, словно маленькие дети, брошенные в огромном мире. Они подняли глаза к Аме, что была рядом, но молчала, и к Аçе, что был высоко, но тоже не отвечал.
И тогда Ама, которая до того была лишь бездействующей великой силой, впервые помыслила. Её помысел был нежен и тих, словно дуновение летнего ветерка. И из этого помысла, из её необъятного и чистого сердца, стали рождаться матери – амăшĕ.
Первой родилась Шыв амăшĕ (Мать Воды). Она вышла из Амы, из её влажного сердца, и сразу же пронеслась по земле, наполняя её реками, озёрами, ручьями. Она дала людям воду, без которой не могло быть жизни, научила их искать её, ценить её. Люди, впервые почувствовав жажду, с радостью пили из её ладоней.
Затем появилась Вут амăшĕ (Мать Огня). Она пришла из Амы, из её тёплого, глубинного жара. Она научила людей разжигать огонь, согреваться у него в холодные ночи. Огонь стал их защитой от холода и темноты, их другом в сумрачных лесах. Люди, прежде не знавшие ни тепла, ни холода, с восторгом смотрели на пляшущие языки пламени.
И следом пришла Ана амăшĕ (Мать Пашни). Вышла она из тучной плоти Амы, из её плодородного сердца. Она научила людей обрабатывать землю, сажать зёрна, ждать урожая. Под её добрым взором вырастали хлеба, давая людям пищу. Люди, что раньше просто были, теперь почувствовали радость от своего труда, от зёрнышка, что прорастает в мощный стебель.
И даже Турă амăшĕ (Мать Турă – верховный бог) и Пÿлĕх амăшĕ (Мать Пÿлĕх – покровитель судьбы, счастья и добра) родились из Амы. Они дали людям понимание всего сущего, научили их обращаться к высшим силам, когда на душе тяжело, когда нужен совет или помощь.
Появились и матери злых духов – те, что порождают темноту, страхи, болезни. Потому что Ама была всем, и в ней было и добро, и зло, и свет, и тьма. Люди познали, что такое страх, что такое боль, что такое потеря. И это тоже было частью их новой жизни.
Так и стало. Ама осталась великой праматерью, безмолвной, но всегда присутствующей. Из неё всё родилось, и в неё всё рано или поздно вернётся. Люди научились жить, чувствовать, творить. Они поняли, что даже в безмолвии Амы, в её бесконечном покое, всегда есть начало всего, всегда есть то, что даёт жизнь.
И с тех пор, если чувашская девушка, вышивая узоры, вдруг задумывается о том, как рождается мир, как течёт жизнь – она знает: это Ама шепчет ей о великом начале, о том, что всё живое рождается из её необъятного сердца. И каждый раз, когда мать видит, как её ребёнок делает первые шаги, она чувствует в себе силу Амы, силу, что даёт жизнь и бесконечную любовь. Вот так и появилась на свете Мать – Ама.