Ама курки — чувашская сказка-происхождение по мотивам традиционных верований. Чувашская сказка-происхождение о «Ама курки»: один из ритуалов поминальной обрядности, проводится в честь души женщины, уходящей в потусторонний мир, и поэтому собравшихся угощает пивом женщина.
Сюжет
Давно, так давно, что даже древние дубы в Заволжье, помнившие первые костры чувашских родов, не могли припомнить точного мига, жил в одной курне старик Кульчак и старуха Ачал, а деток у них было двое – сын Янтимир и дочь Кевер. Жили они по-чувашски, трудом и честью. С утра до ночи в поле, в лесу, на реке – всё для семьи, для уюта в избе, для доброго слова соседям. И так бы и жили они, пока не пришло бы время каждому уйти к предкам, если бы не приключилась беда.
Однажды, когда солнце уже клонилось к закату, а Кевер возвращалась домой с рогозой для плетения корзин, на неё напала нечистая. Нечисть эта, её звали Шуйттанта, была злобной, завистливой и любила портить женские души, чтобы те, вместо того чтобы нести добро и тепло, разносили по свету ссоры да горести. Шуйттанта, скрываясь в сумраке оврага, налетела на Кевер, и в одно мгновение душа девушки померкла, наполнившись ледяным холодом и темной злобой. Домой Кевер пришла уже совсем другой. Её глаза, прежде ясные и добрые, стали мутными, а из уст вылетали слова, острые, как осколки льда. Она стала грубить родителям, зло высмеивать брата, отказывалась от работы, и даже вкусная квашеная капуста, которую варила Ачал, казалась ей мерзкой.
Старик Кульчак и старуха Ачал совсем извелись. День за днём их дочь чахла, а вместе с ней и весь дом наполнялся скорбью. Ни травы знахаря, ни заговоры старой Сюлча не помогали. Душа Кевер была словно закутана в непроницаемую тьму.
Пришел как-то к ним в гости Тури Вырăс (старый знахарь), известный своей мудростью и тесной связью с духами предков. Увидев Кевер, он покачал головой и произнес, опечаленный:
- Ох, Кульчак, ох, Ачал, беда пришла в ваш дом. Шуйттанта наложила свою тень на вашу дочь. Её душа отравлена, и если не найдете способа её очистить, то угаснет она, не найдя покоя ни здесь, ни в мире предков.
Родители, услышав это, горестно опустили головы.
- Что же нам делать, Тури Вырăс? – спросила Ачал, утирая слезы концом платка. – Неужели нет спасения?
- Спасение есть, – ответил старый знахарь, – но путь к нему тернист и опасен. Душа Шуйттанты сильна, но её можно изгнать. Есть ритуал, что зовется Ама курки (ритуал в честь умершей женщины), но он не для тех, кто ушел, а для тех, кто ищет спасения. Чтобы его провести, нужна женщина, чья душа чиста и крепка, как корень старого дуба. Она должна угостить всех пришедших особым пивом, сваренным из ячменя, выращенного на земле, куда не ступала нога Шуйттанты. Но главное – она должна быть готова сразиться со Злом в себе, чтобы Добро восторжествовало не только в её душе, но и во всем мире.
Кульчак и Ачал переглянулись. Где найти такую женщину? Все женщины в их селении были добры, но эта задача казалась им непосильной.
Тут из-за печки вышел Янтимир – молодой, крепкий парень, чьи руки знали цену труду, а сердце было полно любви к сестре.
- Я пойду и найду эту женщину, Тури Вырăс! Скажи только, куда мне идти?
- Путь твой лежит через три леса, три реки и три горы, туда, где живут старые духи-хранители. Они укажут тебе путь к той, кто сможет. Но будь осторожен: Шуйттанта будет посылать свои козни. Не поддавайся на её обман, иди с чистым сердцем.
Янтимир, взяв лук, стрелы и небольшой запас сушеного мяса, отправился в путь. Он шел днями и ночами, пересекал бурные реки, карабкался на крутые горы, пробирался сквозь дремучие леса. Шуйттанта, узнав о его намерении, посылала ему испытания. То шептала голосами его родителей, чтобы он вернулся домой, то показывала ему миражи роскошных пиров и красивых девиц, чтобы отвлечь от цели. Но Янтимир был настойчив. Он помнил слова Тури Вырăса и не поддавался на соблазны.
Наконец, после долгих скитаний, он вышел к поляне, где стоял огромный, древний дуб. Под ним, оперевшись на посох, сидела старуха с добрыми глазами. Её лицо было испещрено морщинами, как кора старого дерева, но взгляд был ясным и мудрым. Это была хранительница знаний, чье имя было Йыш-Хĕвел (хранительница солнца).
- Здравствуй, добрый молодец, – произнесла она, едва Янтимир приблизился. – Я ждала тебя. Знаю, зачем ты пришел.
Янтимир рассказал ей о своей сестре, о Шуйттанте и о ритуале Ама курки. - Ты проделал долгий путь, чтобы спасти свою сестру, и это похвально, – сказала Йыш-Хĕвел. – Женщина, способная провести этот ритуал, живет на дальней стороне Лебединого озера. Её зовут Йолташ (подруга). Её душа чиста, как родниковая вода, и крепка, как алмаз. Ячмень, который тебе нужен для пива, растет в её огороде. Но путь туда опасен, и зло будет поджидать тебя.
Янтимир поблагодарил Йыш-Хĕвел и снова отправился в путь. И снова Шуйттанта пыталась остановить его. Она насылала на него страхи, являла ему кошмары, пыталась сломить его волю. Но Янтимир думал о Кевер, о её прежней улыбке, и шел вперед.
Наконец, он добрался до Лебединого озера. У кромки воды стояла небольшая изба, а на берегу, расчесывая свои длинные черные косы, сидела женщина необычайной красоты. Это была Йолташ. Её глаза светились добротой, а лицо было спокойно и умиротворенно.
Янтимир подошел к ней и поклонился. Он рассказал ей свою историю и просьбу о помощи. Йолташ внимательно выслушала его и, не колеблясь, согласилась помочь.
- Я знаю о Шуйттанте, – сказала она. – Она давно портит людские души. Пришло время дать ей отпор.
Йолташ взяла Янтимира к себе в избу. Она набрала ячменя со своего поля, тщательно перемолола его и начала варить пиво, приговаривая древние заговоры, наполняя напиток силой Добра. Янтимир помогал ей, как мог, поддерживая огонь, принося чистую воду.
Когда пиво было готово, Йолташ и Янтимир отправились обратно к селению Кульчака. Дорога назад показалась легче, ибо с ними шла надежда. Шуйттанта, почувствовав приближение светлой силы, завывала в лесах, посылая на них тучи и громы, пытаясь задержать, но Йолташ шла уверенно, и её присутствие отгоняло зло.
Когда они вернулись в дом Кульчака, Кевер лежала совсем без сил, её лицо было бледным, а дыхание едва заметным. Ачал и Кульчак уже не верили, что их дочь когда-либо вернется к ним прежней.
Йолташ, не теряя времени, принялась за подготовку к ритуалу Ама курки. Она попросила Ачал созвать всех женщин селения, тех, чьи сердца были чисты и кому нечего было скрывать. Пришли соседки, подруги, родственницы – все, кто скорбел о Кевер и желал ей выздоровления.
Йолташ налила в чаши своё особенное пиво и стала обходить каждую женщину, предлагая угощение. Каждая женщина, выпивая пиво, чувствовала, как её сердце наполняется силой и светом. А Йолташ тем временем произносила в уме особые слова, наполняя пространство вокруг Кевер чистой энергией. В это время Шуйттанта, невидимая для глаз, пыталась проникнуть в дом, но светлые силы, собранные Йолташ и другими женщинами, не давали ей этого сделать.
Когда все женщины выпили пиво, Йолташ подошла к Кевер. Она взяла её руку, а в другую налила последнюю чашу, самую сильную, для самой Кевер. Глаза Кевер, прежде тусклые, вдруг замерцали. В них появилось что-то похожее на борьбу, на битву света и тени. Шуйттанта, почувствовав, что её власть ослабевает, усилила своё влияние, пытаясь окончательно поглотить душу девушки. Началась настоящая борьба за душу Кевер.
В микрокосме её тела, в каждой клеточке, Добро сражалось со Злом. Йолташ, держа Кевер за руку, направляла в неё свою силу, а женщины вокруг, поющие старинные песни и мысленно желающие Кевер добра, усиливали эту энергию.
Наконец, после долгих мучений, Кевер, с криком, который был прощальным воплем Шуйттанты, поднялась с постели. Её глаза были снова ясными, а лицо, хоть и бледное, сияло той же прежней добротой. Душа вернулась.
Шуйттанта, изгнанная из тела Кевер, с воем унеслась прочь, опаленная светом Добра.
С этого дня, чтобы никогда больше не позволять злу так легко овладевать душами праведных чувашек, люди стали проводить ритуал Ама курки. Когда женщина готовилась покинуть этот мир, чтобы её душа отправилась к предкам чистой и светлой, а не оскверненной Шуйттантой, созывали женщин. И хозяйка или её родственница, та, кто чиста сердцем, угощала всех особым пивом. Это было напоминанием о том, что каждая женщина – это хранительница добра, и её душа должна быть крепкой и чистой.
Так и повелось, что Ама курки стал не только обрядом поминовения, но и оберегом, напоминанием о той борьбе Добра со Злом, что происходит в каждой душе и во всем мире. И это пиво, сваренное женскими руками и наполненное женской добротой, стало символом той нерушимой связи, что соединяет чувашских женщин с силами света и помогает им защищать свои души от всякой нечисти. Имя Кевер стало синонимом возрождения, а Йолташ – символом чистоты и силы духа. И каждый раз, когда женщина угощала этим пивом, она словно вновь присоединялась к Йолташ, укрепляя Добро во всём макрокосме.