Шуйттан — чувашская сказка-происхождение по мотивам традиционных верований. Чувашская сказка-происхождение о «Шуйттан»: мифологический персонаж. Согласно чуваш. мифологии, его, как наиболее опасного злого духа, преследует Турă , от к-рого он скрывается в воде, лесах, подполе.
Сюжет
На самом краю света, где синее небо обнималось с зелёными лесами, а реки текли, как живые змеи, жили чуваши – трудолюбивый народ, что землю пахал, скот растил, да песни пел. И над всеми ними стоял Турă, великий дух неба, что дарил людям солнце и дождь, урожай и покой.
Но не всегда в мире царили добро и свет. Ещё до того, как люди научились огонь добывать, а звёзды свои имена обрели, был сотворён и Шуйттан – существо хитрое, злое, любящее пакости творить да людей сбивать с пути истинного. Родился он из глубокой тени, что пала от первого дерева, посаженного на земле. И был он незримым, лишь только шёпотом проникал в души, сея раздор да сомнение.
Турă, мудрый и всевидящий, знал о проказах Шуйттана, но долгое время оставлял его в покое, веря, что и зло порой нужно, чтобы люди научились ценить добро. Но Шуйттан становился всё наглее, всё изощрённее. Начал он по ночам скот воровать, молоко кислить, детей пугать, а то и вовсе подмешивать злой шепоток в разговоры между соседями, чтобы те ссорились.
Однажды, в пору зимнего солнцеворота, когда мир замирает и граница между явью и небылью становится тонкой, Шуйттан осмелел до крайности. Он пробрался в избу старой Ампар (бабушки, хозяйки дома), что жила одна-одинешенька на опушке леса, да перевернул весь её дом вверх дном. Ампар, проснувшись от шума, увидела, как её плетёные корзины летают по избе, а горшки с кашей пляшут на полу. Она заплакала от обиды и страха, и её слёзы долетели до самого Турă.
Разгневался Турă на такую наглость! Собрал он все свои силы и обрушил на Шуйттана небесный гром и молнии. Шуйттан, что прежде был бесплотным, от каждого удара грома ощущал невыносимую боль, а молнии выжигали в нём то, что хоть немного походило на душу. И начал он прятаться.
Сначала он кинулся в самое глубокое озеро, думая, что вода его скроет. Но Турă пронзил воду своим огненным взглядом, и Шуйттан почувствовал, что озеро становится для него кипящим котлом. Выскочил он оттуда, едва живой, и побежал в самый тёмный лес. Думал, деревья да высокая трава укроют его от гнева Турă. Но и там не нашёл покоя. Каждый лист шелестел, как осуждение, каждая ветка тянулась к нему, словно желая схватить. Даже корни деревьев под землёй шевелились и давили на него.
Тогда Шуйттан принял облик человека – облик того, кто был самым хитрым и изворотливым среди чувашей. Но Турă видел насквозь все обличья, и человек-Шуйттан тут же почувствовал, как вокруг него воздух сгущается, как каждая пылинка стремится его удушить. И тогда Шуйттан понял, что Турă не оставит его в покое.
С того дня Шуйттан стал постоянно менять свой вид. Чтобы люди не узнали его, он принимал то облик уродливой рыбы, что запуталась в сетях, то хромой собаки, что бродила у деревни, то тощей козы, что жевала траву на чужом поле. Но люди, хоть и не знали его имени, чувствовали недоброе, когда видели такое странное создание. И научились они распознавать Шуйттана по глазам – холодным, полным злого лукавства.
Однажды, молодой чуваш по имени Илем (Красивый), возвращаясь с охоты, услышал странный скулёж. В зарослях бурьяна он увидел ободранную собаку с мутными глазами. Илем, добросердечный парень, захотел помочь животному. Он протянул руку, чтобы погладить собаку. Но в тот же миг из спины собаки вздулся горб, а из глаз полыхнул зелёный блеск. Илем понял, что перед ним не просто собака. Он вспомнил слова своей матери про злых духов, что скрываются под разными обличьями.
Был Илем не только добрым, но и смекалистым. Он всегда носил с собой для удачи веточку рябины, что росла у его порога. Быстро выхватив её, он ударил ею по земле перед собакой. И от того удара собака задрожала, её тело расплылось, и на её месте лишь холодный ветер пронёсся, неся запах гнили.
Так люди поняли, что от Шуйттана есть защита. Стали они сажать рябину у своих домов, вешать её ветки над дверьми. А чтобы ещё надёжнее было, придумали острые колючие растения, такие как татарник, сажать вокруг своих огородов. Потому что Шуйттан не выносит всего острого и колючего, что ему душу царапает, напоминает о громе и молниях Турă.
Но Шуйттан был хитёр, он не сдавался. Он научился проникать в подпол, где хранились запасы на зиму, стараясь портить еду. Он любил прятаться в тёмных углах, чтобы пугать детей. Тогда люди стали использовать железные предметы. Ковали подковы и вешали их над входом, вбивали железные гвозди в порог. Потому что железо – творение огня, а огонь – это частица Турă, что Шуйттана обжигает.
Когда же Шуйттан совсем уж одолевал, когда болезни косили скот, а люди начинали ссориться по пустякам, тогда старые Асăр (знахари, ведающие люди) проводили особые обряды. Собирались они у самого старого дерева, что было освящено солнцем Турă. Раскладывали костёр, бросали в него можжевеловые ветки, чей дым был терпким и душистым. Дым этот, поднимаясь к небу, уносил с собой всё злое, а Шуйттан не мог выносить запаха можжевельника, потому что это дерево росло высоко в горах, близко к жилищу Турă.
Ай, как визжал Шуйттан, когда дым можжевельника проникал в его незримое тело! Он метался, словно пойманный зверь, и уходил прочь, подальше от людей, подальше от их жилищ. И знал он, что Турă всегда начеку, всегда следит за ним.
С тех пор Шуйттан прячется в самых глухих местах – в глухих лесах, в непроходимых болотах, в глубоких подземельях. И только когда наступает порубежное время – то ли зимнее солнцестояние, то ли гроза, то ли время, когда день с ночью встречается, – тогда он осмеливается высунуться и попробовать свои чёрные шутки.
Но чуваши знают – не стоит бояться Шуйттана, надо быть только начеку. Надо сажать рябину, держать дома железные предметы, а порой и можжевельник жжёный использовать. И тогда Шуйттан, не выдержав света и силы Турă, отступит, и мир снова наполнится добрым смехом и звонкими песнями. А злые его дела будут лишь напоминанием о том, как важно ценить добро и беречь свой дом.